Она оскалила губы.

Ноздри Норы яростно раздувались, а зеленые глаза сверкали в гневе.

Ее пальцы словно превратились в когти, когда она бросилась на приближавшихся к ней громил-санитаров.

Первым делом Нора вонзила ногти в шею ближайшего к ней мужчины и почувствовала, как они входят в его плоть. Кровь ручьями побежала по его груди, санитар застонал от боли. Нора потянулась к его глазам, но в этот момент второй санитар схватил обезумевшую женщину, пытаясь оттащить ее от своего варища. Нора откинула голову, впилась зубами в его предплечье и вырвала кусок его плоти. Отчаянный вопль несчастного заглушил те приказы, которые панике пытался отдавать врач.

Первому санитару все же удалось повалить Нору пол. Тяжело дыша, она почувствовала на губах соленый, металлический привкус крови.

— Бери ее за одну руку, а я возьму за другую, — пробормотал один из санитаров.

Норе удалось подняться на ноги, но тут оба мужчины навалились на нее. Один из них схватил ее за руки и швырнул в объятия другого. Их руки сомкнулись вокруг ее запястий, подобно наручникам.

Нора отчаянно дергалась, пытаясь вырваться. Внезапно в комнате раздался смех. Это смеялся врач. Эхо разносило эти зловещие звуки по комнате и, казалось, по всей лечебнице. Смех окружал Нору; казалось, он душил ее.

Нора почувствовала, что сейчас задохнется от желого запаха немытых тел санитаров. Она пыталась освободиться, но куда ей было тягаться с ними силой? Что может сделать хрупкая женщина против двух здоровых мужиков?

— Дорогая моя Нора, — почти ласково сказал подошедший доктор, — вы вправе, конечно, продолжить ваше сопротивление, но учтите, что они могут ненароком сломать вам шею. А кому будет интересна ва смерть? — С этими словами он подошел к колыбельке.