— Ах, что за прелесть! Этот бесценный малыш сделает меня богатым!

Он нагнулся к спящему ребенку и протянул к нему руки.

— Нет! — в отчаянии воскликнула Нора, пытаясь ослабить железную хватку державших ее санитаров. — Не приближайтесь к моему ребенку!

Вдруг она почувствовала, как амулет Фиаров нагревается у нее на груди. Внезапно пол у них под ногами задрожал. Нора ахнула от изумления.

Доктор резко обернулся. В глазах его заметался страх.

Дрова в камине вдруг затрещали и разгорелись сильнее. Языки пламени вырвались из очага, поползли вверх по стене и стали лизать потолок. Вскоре перед Норой словно выросла стена яркого огня.

Из бушующего пламени вышел мужчина.

— Дэниэл, — в оцепенении произнесла Нора.

Это был ее муж — восставший из могилы. Нора почувствовала слабость в коленях.

Дэниэл внимательно смотрел на нее. Лицо его было серьезно, а взгляд словно обвинял ее в чем-то.

— Прости меня! — воскликнула Нора дрожащим голосом. Пожалуйста, прости меня, Дэниэл. Я пыталась защитить нашего сына — но я не смогла. Прости меня.

— Подойди ближе, доктор. Я забираю тебя с собой, — хрипло произнес Дэниэл. Он прошел мимо Норы, взял врача за руку и потянул за собой, в ревущее адское пламя.

Отчаянно вскрикнув, доктор упал на колени. Глаза его налились кровью… Они становились все больше и больше, как будто кто-то надувал их изнутри. Вдруг оба глаза выскочили из глазниц с чмокающим звуком и покатились по полу. Достигнув стены пламени, они и исчезли вней, съеживаясь и шипя.

Нора отвернулась, чтобы не видеть этой ужасной картины. Санитары в растерянности отпустили ее, и она поскорее кинулась к колыбельке. Бедный Николас! Что ему приходится переживать!

Крики аганозировавшего врача сливались с рокотом пламени. Нора заставила себя обернуться и посмотреть на него. Клжа несчастного пошла пузырями, которые логами с громким звуком, обнажая кроваво-красное мясо. Пузырь еще пузырь, еще… —